Хотя, изначально эти заметки были чисто экспериментальным полем, я всё больше понимаю, что хочу видеть их в будущем как ретроспективный интересный и полезный (в первую очередь для меня) формат. Я посмотрю куда приду, но пока мне нравится.

Польза ежемесячных заметок 

Сначала мы можем не видеть пользу, не чувствовать. Какой-то формат просто живёт сам по себе. Но нужно несколько повторений, чтобы понять всю прелесть.

Я опубликовал заметки за май и июнь. Пока мне это нравится. Но вот я перестал публиковать это сразу. Т.е. заметки появляются здесь и только здесь – я не раскидываю их по соцсетям. Значит они увидят свет только в следующем месяце. Это хорошо? Почему?

Мне нужно понять главный смысл этих заметок. Важно, что они именно ежемесячные. Значит, они ограничены месяцем. И выходят каждый месяц.

Причём формат черновика это супер. Это что-то, что готово сразу, а публикуется потом. Это настоящие быстрые заметки без остальной шелухи. Я не знаю куда приведёт меня то, что я сейчас пишу.

На что обратить внимание?

Нужно больше фиксировать здесь месяц. Именно то, что при беглом (или не беглом) взгляде в будущем, может ответить на вопрос «Что происходило в этом месяце?». Если обычные заметки, хочу я этого или нет, получаются вечнозелёными, здесь у меня есть уникальное пространство привязанное только к конкретному месяцу. Это свойство нужно использовать.

Здесь крайне важно не сбиться с вектора и не превратить это во что-то, чем это не является. Проще всего найти готовый, по чужой формат. Я не должен забывать, что это для меня – это и есть я.

Если думать о читателе, черновик перестаёт быть черновиком.

Слишком ранняя форма 

Наше естественное желание поскорее что-то назвать и придать форму может убить живость. Я всё больше убеждаюсь, что один из самых главных навыков – умение замечать что-то важное в себе и том, что я делаю.

Осень в июле 

На улице не июль – на улице осень. Только листья на деревьях выдают.

Холод и ощущение, что идёшь без смысла. Но ни то, ни другое не истинно, а временно.

Про лайк 

Я могу посмотреть на лайк ❤️ или 👍 лишь как на что-то поверхностное и ненужное. Сенсорный мусор, шум, поверхностная коммуникация.

Но всё меняется, если подумать про тех, кто может пользоваться этой «азбукой», шифром в других уголках нашей планеты. Например, в Индии или Африке. А ещё люди с ограниченными возможностями.

Кто-то придумал унифицированную, понятную всем символьную азбуку. Она есть на каждом смартфоне. И ведь даже смартфон не нужен.

Я не использую эмодзи, но ставлю лайк.

👍🏿👍🏽👍🏻👍🏼👍🏾

Эта заметка уйдёт на отдельную страницу. Может быть серия «Символизация». Но нужно чуть шире сразу. Или не сразу, ведь это серия.

Это важная серия, ведь мы сегодня именно так общаемся. Язык и символы связаны. Это ткань времени. Язык как способ мыслить.

Ещё немного подумал о названии серии, но «Символизация» подходит лучше всего. Пока так.

Там и здесь 

Человек – это маленькая версия большого порядка.

Что есть здесь (указывают на себя), есть там (указываю на небо). И чего там нет, здесь быть не может.

Здесь, во мне, есть небо. Но небо не является моей собственностью.

Я не пустой. Но и не центр вселенной. Я место, где большой порядок становится видимым в малом.

То, что есть во мне по-настоящему, имеет корень в большом порядке. И то, чего нет в большом порядке, не может быть настоящей глубиной во мне.

(Нужно начать читать «Бхагавад-гита»)

Это тоже унифицированный язык. Так же как люди общаются с помощью эмодзи, но передают что-то понятное и общее, так же и великие писания и религии являются своеобразным унифицированным языком. Конечно, со своими тонкостями, но общего много.

Борис Гребенщиков в одном интервью сказал, что польза изучения различных религий как раз в том, что мы проводим параллели и вдруг начинаем замечать, что всё похоже, а значит, скорее всего, едино.

Корабль семьи 

Семья – это корабль на котором приходится или дружить и сотрудничать ради общей цели или прыгать за борт.

Я думаю в большой семье дети учатся дружить. Им тоже, как и родителям, приходится плыть вместе.

… 

Снова присвоить текст через редактирование.

Дизайнерское 

Дизайнерское – это не умение нарисовать красивую кнопку в фигме и двигать пиксели.

Дизайнерское – это способность увидеть, что разрозненные элементы могут составить форму, а форма может изменить понимание.

Дизайнер думает формой. Но форма высказывание, а не только услуга.

Дизайн для меня не профессия, а среда из которой я думаю.

Не забываю про Загмайстера и Уолш.

Лилейник 

Цветок, который заставляет задуматься о кратковременности жизни. Каждый бутон живёт всего один день.

Философия прямо здесь, а не где-то там.

Хотел сделать ещё одно фото завявшего цветка. Но забыл. Он просто исчез. Зато, я увидел его красоту.

… 

Возможно, ежемесячные заметки нужны мне именно для того, чтобы в одном пространстве, на одном белом холсте сплетать несвязанные, на первый взгляд, вещи. Одно дело, когда это всё разбросано по разным «комнатам» – что-то в заметке, что-то в разговоре с кем-то, что-то в подкасте, а вот ещё ссылочка затерялась. И совсем другое дело, когда это всё появляется здесь. Не всё, конечно. Пока так. Но я пытаюсь нащупать пользу этого формата для себя.

Причём, когда я только создал этот формат, думал, что буду делиться этим сразу. Опубликовал здесь – кинул в соцсети. Но я сейчас снова отошёл от соцсетей, а этот формат начинает жить как-то по-другому. Скорее как черновик. Неспешный черновик. И это очень хорошо.

Всё, что есть на этой странице – связано. Эти связи постепенно проявляются. Образ одного становится всё более отчётливо заметен в другом.

… 

Так же как свет, обои на рабочем столе, настроения мысли – так же и то, что я увидел там или здесь, о чём подумал, на чём остановился в этом месяце.

Всё это создаёт меня сегодняшнего. Для кого-то скучного, но ведь этот человек не видит так как вижу я. Кстати, дизайнерское именно в то, чтобы подсветить и сделать заметным для других.

Кто-то возразит: «Что в этом дизайнерского?». Но вы где живёте? Мир здесь. Мир это именно корабль семьи, цветок-однодневка, внезапный холод летом, человеческий жест.

Всё это здесь. А что у вас?

2026-07-11 15:41 

А что, если присваивать заметкам здесь дату и время? Поток.

Иногда это важно, а иногда нет и даже отвлекает от сути.

Ильяхов про ИИ 

Максим Ильяхов делает вывод об ИИ сегодня, при этом сам говорит в одном из интервью пол года назад, что пользуется ChatGPT через телеграм-бота.

Невозможно ощутить мощь сегодняшнего ИИ, используя устаревшую модель без рассуждения (в чатах именно такие).

С другой стороны, я понимаю его нежелание вообще сталкиваться с этим. Сегодняшние модели пишут как Ильяхов в десятых годах. А это было хорошо.

… 

Я учусь не кормить ленту, а собирать дом.

… 

Вчера потратил весь вечер на реанимацию своей «пишущей машинки». Зато теперь снова могу насладиться таким приятным чувством постепенного высекания мысли.

… 

Меня нигде больше нет кроме как здесь.

Люди сегодня хотят больше копий себя везде и всюду. Это выражается а куче параллельных открытых диалогов, лент и даже дел. Но всё это пустое. Хотя, многие так привыкли, что не знают другого и маются, маются.

… 

Я сижу на балконе. Солнце спряталось за облаками. Слышу каких-то птиц, рядом летает муха. Густые облака над домом двигаются очень медленно и грозно.

Этот большой красный дом. Как он стоит и не падает, не разрушается? Он тоже часть природы или что-то чуждое ей?

Гэля будзе трактарысткай 

Вот такую книжку вчера откопал на барахолке.

… 

Иногда замечаю, как какие-то случайные люди подписываются на мои профили на шумных «площадях». Через какое-то время отписываются. При этом я рад, что продолжаю оставаться собой. Точнее, это происходит так: весь этот бесконечный гул всё-таки оказывает влияние на меня, но позже обязательно случается какой-то странный вечер, взгляд, мысль или встреча, случайная грусть или улыбка – инъекция настоящего в мою жизнь – и я возвращаюсь к себе.

→ Инъекция настоящего

… 

Люди проживают жизнь в режиме спидрана, а потом удивляются, что всё быстро промелькнуло, что-то потерялось или чего-то они не нашли по пути.

… 

Вернулся в режим ручного раскидывания сигналов по соцсетям. Не знаю, надолго ли. Надеюсь, скоро удалю всё это и останусь только на сайте. Или верну режим ретрансляции.

Нет. Вернулся к своему тихому и уютному «костру в лесу».

Субъектность 

Главный дефицит будущего — не знания, не инструменты и не навыки, а субъектность.

«Теперь я могу сделать всё что угодно. Но что мне сделать?»

2026-08-01 01:08 

Этим вечером гулял в центре. Фотографировал немного.

Потом на Немиге встретил Мишу, состояли пообщались. Позже внезапно к нам подошёл Артём. Кстати, было очень приятно с ним немного пройтись по центру, поболтать о том о сём. Мы знакомы 20 лет.

А Миша хотя и неразговорчивый, но хороший парень. Мы виделись второй раз. Я познакомился с ним тоже на Немиге где-то месяц назад.

Штаны 

Ой, кто-то штаны потерял. Иду и представляю как это могло произойти. ;-)

Иногда замечаю, как какие-то случайные люди подписываются на мои профили на шумных «площадях». Через какое-то время отписываются. При этом я рад, что продолжаю оставаться собой. Точнее, это происходит так: весь этот бесконечный гул всё-таки оказывает влияние на меня, но позже обязательно случается какой-то странный вечер, взгляд, мысль или встреча, случайная грусть или улыбка – инъекция настоящего в мою жизнь – и я возвращаюсь к себе.

Решил почитать «Бхагавад-гиту» — один из главных текстов индуизма. Это разговор воина Арджуны с Кришной о долге, действии, сомнении и месте человека в мире. Мне захотелось немного посмотреть на индуизм изнутри, не изучая его системно, а начав с текста, к которому люди возвращаются уже много веков.

Причём, я сделал бы это раньше, но просто не знал как подобраться к этому неизведанному. Случайно, в одном интервью я узнал, что Борис Гребенщиков перевёл эту книгу на русский язык. Причём, он старался сделать перевод максимально простым и естественным.

Причём, это божественная простота и естественность:

Моя задача как переводчика состояла в том, чтобы пересказать содержание сказанного в «Гите» самым простым русским языком. Я постарался избавиться от обычного — важного и напыщенного — поэтического стиля, потому что, на мой взгляд, Бог, говорящий здесь в лице Кришны, не может говорить неестественным языком. Речь Бога бесконечно естественнее речи людей, потому что Он и есть — Естественность и Простота. Поэтому я решил: чем проще и яснее будет перевод, тем лучше.

Отправной точкой этого выпуска стал вопрос о том, что мы вообще называем нормой и почему её так легко спутать с конформизмом. Я впервые рассказываю о своей идее векторно-орбитальной динамики и с её помощью пытаюсь понять, почему слепое принятие и радикальное отрицание одинаково заставляют нас вращаться вокруг чужих систем координат. И почему в мире крайностей возвращение к жизнеспособному порядку само становится радикальным актом.

Луна как сыр 

Эх, жаль, не могу нормально запечатлеть, но здесь луна как большая головка сыра.

2026-06-04 23:44 

2026-06-05 21:52 

… 

Мы живём в период интернета.

Современная любовь 

Современная любовь – это союз двух автономных менеджеров, которые рядом, пока им удобно.

2026-06-08 21:19 

Его взгляд 

Я плачу, когда чувствую Его добрый взгляд.

Но если б я мог выбирать себя Я снова бы стал собой

Она когда-то подарила мне маленькую иконку. Это до сих пор со мной.

В такие моменты я чувствую, что во мне что-то просыпается. Не ненависть. А тоска по высшему порядку.

Не важно, что они там (под крестами) думают об этом. Почему тебя волнует чьё-то отношение? Важно, что чувствуешь ты.

Жёлтое море 

Шёл по району и нашёл жёлтое море.

Прогулялся по микромиру 

Пока не стемнело, решил прогуляться по микромиру.

Это мой первый такой опыт, и мне уже очень нравится. Я застрял возле каких-то маленьких белых и жёлтых цветков, буквально на десяти сантиметрах земли. Но в макро это уже не десять сантиметров. Это целая городская площадь: цветы стоят по-разному, где-то двое рядом, где-то травинка, где-то промежутки между ними, где-то свет.

Как будто заглянул в маленький мир, который всё это время был прямо здесь.

… 

Я сейчас много думаю о векторно-орбитальной динамике. Пока не разворачиваю её полностью, скорее сам нащупываю форму.

Но вот формула, к которой я всё время возвращаюсь в том или ином виде:

Норма даёт вектору правду, вектор даёт норме жизнь.

… 

Напротив меня в автобусе едет парень.

Что-то записывает в тетрадку, потом смотрит в окно, вглядывается вдаль или в себя, снова записывает.

И ведь сегодня это уже кажется странным.

Куда мы пришли?

Лягушачье безумие 

Возле реки сейчас настоящее лягушачье безумие.

Они квакают так громко, будто вся вода, трава и вечер вдруг заговорили одним хором. Но стоит подойти ближе, и всё стихает. Как будто кто-то выключает звук.

Постоишь немного, перестанешь быть событием, и они снова оживают.

Непогода 

Люблю предвкушение встречи со стихией, когда прогноз обещает непогоду.

Хочется сегодня выйти ей навстречу.

幽玄

Форма 

Сегодня свободу подают как безусловное благо.

Но свобода сама по себе ещё ничего не даёт человеку. Ему нужна форма, в которой он может сбыться.

… 

У творческих людей душа красивая.

Фотография всегда стоит между.

Между событием и наблюдателем Между смыслом и лёгкостью Между реальностью и образом Между моментом и вечностью

Обычная «фототусовочная» реакция такая: какой свет, какой цвет, какой ракурс. Это не плохо. Это грамматика. Синтаксис фотоязыка. Но как и в любом другом языке, здесь грамматика и синтаксис лишь подчиняются смыслу.

Мы можем приблизиться к смыслу, задав один очень простой вопрос – почему?

Почему в кадре именно этот человек? Почему такой свет, цвет или ракурс? Почему в это время суток? Почему красный свитер? Почему со вспышкой? Почему ч/б?

Интерпретация начинается там, где мы задаём вопрос «почему» вместо «как».

И если мы посмотрим чуть шире (или даже сильно шире) на нашу жизнь в целом, жизнь окружающих людей или даже жизнь всего человечества, вопрос «почему» великолепен. Ведь это маленький простой ключик к пониманию всего устройства.

Фотография – это один удачный щелчок затвора в нужный момент. Это почти автоматическое действие. Георгий Пинхасов называет это «действием спинного мозга». Но фотография сделана и теперь, наконец, мы можем задать тот самый вопрос – почему?

Первый — вообще никуда не идти. Просто не интересоваться миром по-настоящему. Таких людей, к сожалению, очень много вокруг. Они живут в мемах, в бесконечных отвлечениях, в работе, в бытовом движении от одного дела к другому, от одного дня к другому. Работа может быть сложной, даже серьёзной, но в такой жизни всё равно нет внутреннего направления. Нет движения к знанию, к просвещению, к истине. Как будто все вопросы уже давно решены, а тот, кто продолжает их задавать, зачем-то усложняет себе жизнь.

Второй способ хитрее. Это уже не безразличие, а имитация движения. Человек как будто интересуется. Читает книги, сохраняет цитаты, смотрит лекции, выписывает Марка Аврелия из очередного списка «десяти книг, которые нужно прочитать». И он действительно читает. Пролистывает, «проглатывает», отмечает галочкой. Но в таком чтении не будет остановки. Не будет сопротивления. Не будет вопроса. Книга пройдёт сквозь него, но ничего не заденет.

Такой человек будто уже оказался на вершине, не сделав ни одного шага. У него есть готовые ответы, готовые выводы, готовые слова. Кто-то берёт их из TikTok, Shorts и Threads. Кто-то находит их в религии и говорит: «Бог всё сказал». Кто-то — в популярной философии, психологии, нейронауке или искусственном интеллекте. Но везде опасность одна и та же — принять чужой вывод за собственное понимание.

В своей рассылке я делюсь тем, что хочется передать лично, без ленты и алгоритмов — медленный слой. Иногда это эссе, иногда заметка, иногда анонс выпуска подкаста, но всегда письмо из рук в руки.

Я захожу в LinkedIn и почти сразу чувствую жанровый сбой. Формально это профессиональная среда. Здесь должны быть работа, опыт, проекты, связи, резюме, портфолио. Пространство взрослого распознавания, где люди показывают, что умеют, где работали, кому могут быть полезны и почему им можно доверять.

Но лента часто выглядит иначе. Кто-то публично выясняет отношения. Кто-то рассказывает, что его не отметили. Кто-то жалуется, что его идею скопировали. Кто-то превращает увольнение, недоплату или блокировку в маленькую сцену. Возникает ощущение, будто бытовое ток-шоу случайно переехало в деловой интерфейс.

В другой социальной сети это не так бросалось бы в глаза. Там странность, скандальность и самопоказ входят в жанр. Человек может быть шумным, смешным, обиженным, резким, демонстративным, и это не ломает ожиданий. В LinkedIn всё иначе. Там та же мелодрама появляется в костюме. Именно поэтому она становится видимой.

В своей рассылке я делюсь тем, что хочется передать лично, без ленты и алгоритмов — медленный слой. Иногда это эссе, иногда заметка, иногда анонс выпуска подкаста, но всегда письмо из рук в руки.

LinkedIn не создаёт это явление. Он его подсвечивает. Там слишком сильный контраст между обещанной серьёзностью формы и тем, что через неё проступает. На поверхности карьерный порядок, должности, навыки, опыт, рекомендации. Под поверхностью быстрая борьба за видимость, правоту, признание и статус.

Можно сказать, что люди просто тщеславны. Это отчасти верно, но слишком мелко. Люди всегда хотели признания и всегда спорили о своём месте. Интереснее другое: почему сегодня даже профессиональная среда так легко превращает эти споры в публичный формат? Почему небольшие признаки получают такой вес? Почему по нескольким поверхностным сигналам мы так быстро решаем, кто перед нами?

Мне кажется, дело в дешёвых сигнальных признаках.

Мы боимся прямых человеческих жестов. Это когда ты ступаешь прямо и твёрдо ставишь ногу на землю, а потом вторую; когда смело ныряешь, а не стоишь на берегу и проверяешь температуру воды пальчиком. Но, конечно, здесь я не про ходьбу и плавание в прямом смысле.

Я только что пропустил вперёд в автобус симпатичную девушку. Но и она, и я сомневались, что это вообще за жест и зачем он нам нужен. На мгновение я отступил внутрь себя. За неё говорить не могу, но по лёгкому «спасибо» и едва уловимым невербальным сигналам я заметил, что там тоже на долю секунды сработало сомнение.

Что-то сделать, но не рисковать. Улыбнуться, но не отдать слишком много своего, подойти и сказать привет, но не выглядеть нуждающимся, начать встречаться, но не пытаться быть в «Мы». В нас очень много этого.

И только не говорите, что вы не такие, а смелые, решительные и открытые в своих действиях. Я тоже когда-то открывал двери девушкам и улыбался продавщицам в магазине. Для меня знакомство на улице до сих пор остаётся большой частью жизни. Но если честно смотреть на это через свой опыт, я вижу, что настоящих шагов, прямых человеческих жестов было мало.

В четверг вечером дизайнер смотрит на страницу, которую почти закончил.

Перед ним открыт первый экран нового проекта: заголовок, несколько строк текста, много воздуха, странная пауза между смыслом и действием. Страница ещё не объясняет себя до конца, но в ней уже есть тон. Она не продаёт. Она приглашает.

У живой работы в этот момент есть две смерти. Первая — стать камнем. Камень устойчив. Его можно показать, описать и защитить. Он не распадается. Но он уже не движется. В нём нет дыхания. Так бывает, когда внутренний редактор и внутренний инженер получают абсолютную власть: всё выровнено, объяснено, проверено, укреплено, но жест, из-за которого всё началось, уже исчез.

Вторая смерть — стать дымом. Дым движется, меняет форму, кажется живее камня. Но у него нет удержания. Он рассеивается. Его нельзя передать дальше как решение. Так бывает, когда внутренний публикующий выталкивает наружу слишком сырой материал: не потому что он созрел, а потому что страшно снова зависнуть.

В своей рассылке я делюсь тем, что хочется передать лично, без ленты и алгоритмов — медленный слой. Иногда это эссе, иногда заметка, иногда анонс выпуска подкаста, но всегда письмо из рук в руки.

Живая работа находится не между камнем и дымом как компромисс. Не «чуть-чуть мертво и чуть-чуть сыро». Она находится в более трудном месте: там, где движение уже может получить форму, а форма ещё не успела убить движение. Эта точка редко находится сама. Её нужно провести через внутреннюю систему.